29 ноября - 6 декабря


1919 г.

Два часа упорного труда и котел трогается с места. Мощное «ура» оглашает воздух, оркестр исполняет «Интернационал»Толпы обывателей на углах улиц праздно глазеют на котел, а на призывы участников помочь — отвечают тупым, бессмысленным равнодушием. Тяжело продвигается котел, слабеет рать «воскресника» и котел останавливается. Трехминутная передышка и пение «Дубинушки». В конце-концов котел привезен на площадь Революции, к воротам бани — место его назначения. Коммунисты, уставшие от работы и удовлетворенные результатами ее, заканчивают «воскресник» пением «Интернационала». Могучее «ура» раздается им в ответ из сотен пролетарских грудей.

1926 г.

На улице Льва Толстого, в маленьком домике живет гр. Савинов. Во дворе находится подвальное помещение, в котором хранится его архив. Исторические материалы, собранные им, имеют огромное значение в виду полного отсутствия материала по истории Самарской губернии 17-18 годов, вследствие уничтожения архивов чехами. В архиве же Савинова имеется день за днем комплект всех выходивших в Самаре за революционные годы газет. В Самарских архивах сохранилось их не больше трети. Между тем, многие моменты истории революции в Самарской губернии, особенно период власти «учредилки» (летом 1918 года) имеют не только местное значение, но и общесоюзное. В архиве Савинова имеется полный комплект всех газет, выходивших при чехословаках, большинство которых является библиографической редкостью, а также все распоряжения всех бывших в Самаре властей и листовки всех партийных организаций. При беглом обзоре нескольких пачек материалов был обнаружен ряд ценнейших, до сих пор считавшихся погибшими.

1932 г.

Постановление крайкома ВКП(б): Отметить, что выпущенная книга т. А. Михайлова «Чепаев и чепаевцы» (так писалась фамилия Василия Ивановича до выхода фильма «Чапаев». Прим.ред.) имеет крупнейшие политические ошибки и дает искаженное представление о тов. Чепаеве, который в книге выведен не как организатор Красной армии, а как заурядный фельдфебель. Принять к сведению сообщение т. Троцкого о том, что после просмотра рукописи книги, им дан отрицательный отзыв и сообщено крайОГИЗу о невозможности печатать книгу в таком виде. Признать, что выпуск книги т. Михайлова является политической ошибкой ОГИЗа, а сама книга – вредной, и принять меры к изъятию ее из распространения…

1934 г.

После прилета самолета «Волжская коммуна» в Обшаровскую МТС на праздник колхозной зажиточности, 16 колхозов МТС начали сбор средств на постройку своего самолета. В первые три дня собрано более 4000 рублей. К дню Красной армии МТС будет иметь свой самолет – «Обшаровский колхозник».

1961 г.

Это было 6 декабря 1941 года. Стояло морозное утро. Бойцы нашей бригады, наступавшей в направлении села Дорохово, расположенного в нескольких десятках километрах западнее Москвы, дружно поднялись в атаку на врага. Но чем дальше мы продвигались вперед, тем шире становился разрыв между нашей бригадой и соседом справа. Этим воспользовались немцы. В стыке частей сосредоточилось до полка пехоты противника с танками. Мы — комбриг и я, командующий тогда артиллерией бригады — быстро выдвинули свой противотанковый резерв — шесть 57-миллиметровых пушек. После первых залпов наших орудий три немецких танка загорелись. Остальные отошли на высоту. В это время я заметил, как к нам перебегает группа одетых в полушубки бойцов. Вскоре ко мне подошел молодцеватый офицер:
-Командир дивизиона майор Карасев прибыл в ваше распоряжение. Мы определили по карте цель. Обстановка создалась исключительно напряженная: танки немцев опять начали продвигаться к нашим позициям.
-Товарищ майор, дивизион готов к открытию огня, доложил Карасеву радист.
-Огонь! - отрывисто скомандовал командир дивизиона «катюш». Шипя, прочеркивая дымный след в морозном воздухе, пролетели над нами двенадцать ракет. Залп накрыл боевые порядки пехоты и танков. Море огня образовалось там, где с оглушительным треском разрывались ракеты. В воздух летели обрывки гусениц, комья мерзлой земли. Немцев охватила паника. Так только двумя залпами «катюш» немецкий полк был разгромлен. ...Двадцать лет прошло с тех пор. Но тот день навсегда врезался мне в память: тогда был похоронен миф о непобедимости немецко-фашистских войск.
А. Полянцев, генерал-майор артиллерии в отставке.
(А в последующем и сотрудник «ВК» - ред.)

1996 г.

«Дорогая редакция! Ходят слухи, что скоро опять грянет денежная реформа. Правда ли это? Только честно ответьте. М. Захаров, Самара».
Точными сведениями на этот счет мы не располагаем. Возможно, слухи эти рождены тем, что глава Центрального банка России Сергей Дубинин высказался о возможности деноминации — замены денежных знаков на банкноты с меньшим числом нулей. А раз так, то называться это будет не реформой, а чисто технической операцией по замене одних купюр на другие. Впрочем, нам всегда обещают одно, а делают совсем другое... Еще более не ясен вопрос о возможных сроках деноминации. Дубинин сказал, что проводить ее следует месяцев через девять после стабилизации. Только когда она — стабилизация наступит?

2000 г.

Самолет авиакомпании "Самара" применил принципиально новую схему захода на посадку. Полет с использованием спутниковой навигационной системы выполнен экипажем Сергея Чегодаева на самолете ТУ-154. Наш аэропорт - первый в России, который использует спутниковую навигационную систему. Она удобна и позволяет экипажу увеличить точность захода на посадку в 15 раз. Посадку контролируют 14 спутников, находящихся на высоте 20 тысяч километров над землей.

2009 г.

80 лет тому назад на основании постановления крайкома ВКП(б) от 6 декабря 1929 года газета «Средневолжская коммуна» была переименована в «Волжскую коммуну». Редактором, при котором газета последний раз изменила свое название, был Филипп Ксенофонтов. В Самару на должность редактора газеты «Волжской коммуны» Ксенофонтов приехал в 1929-м. Он - не новичок в газетном деле (к тому времени у него уже был опыт редактирования краевой газеты Средне-Азиатского Бюро ЦК ВКП(б) «Правда Востока»). На страницах «Волжской коммуны» появляются его статьи на политические и экономические темы, причем круг их не ограничивается местными рамками... Но самый большой резонанс вызвали «Злые заметки», опубликованные в «Волжской коммуне» 21 июня 1930 года. Фельетон по тем временам смело обличал приспособленцев, бюрократов и обывателей с партийными билетами. В «Злых заметках» (их перепечатала одна из столичных газет) кто-то в высших эшелонах власти усмотрел (и не без основания, заметьте) подрыв устоев. Из ЦК тут же последовала команда: «Снять!».
И сняли. Однако не только за фельетон. Заместитель редактора Корчемник, по утверждению одного из сослуживцев, выкрал и переслал в ЦК личное письмо Филиппа Алексеевича, где содержались достаточно откровенные высказывания о положении в партии. А одним из первых в досье на Ксенофонтова оказался документ с показаниями журналиста «ВК» Шептухина: «В 1929 году в краевой газете «Волжская коммуна» образовалась группа, возглавляемая Филиппом Ксенофонтовым, которая овладела редакцией, открыто ведя дискредитирующие партию и власть издевательские разговоры, использовала страницы газеты для клеветнических выпадов против партии... Участники троцкистской группы собирались в кабинете редактора Ксенофонтова и речи направленные против ру­ководства ВКП(б)», из кабинета редактора раздавались при этом открыто…».
Да, не был Филипп Алексеевич белым и пушистым по отношению к генеральной линии. Открыто, как сказано в письме, ставил под сомнение исторические решения, пытался как-то по какой-то своей колее идти. Мнение свое имел и, самое страшное, высказывал его среди товарищей, как ему тогда казалось, по работе. И, по-видимому, нецензурно (не с лексической, а политической точки зрения). Ведь, как в любой шутке есть только доля шутки, так и в доносе этом наверняка есть доля правды... Представляю, как это бывало: номер подписан «в печать», на столе среди оттисков отыскиваются и раскладываются традиционные для «Коммуны» прошлого века шахматы. Кто-то уже сгонял за «казенкой». И начинается неспешный откровенный мужской разговор за жизнь и политику... И дым коромыслом. Чтобы проветрить кабинет - открывают двери. А разговоры ведутся отнюдь не шепотом. Ну, и понятно, «что потом»…
...Арестовали Ксенофонтова в Самаре 16 марта 1937 года, как «троцкиста-двурушника»....Официальная справка утверждает, что Ксенофонтов умер в тюрьме, в январе 1938 года. До суда. По другим сведениям Филипп Алексеевич Ксенофонтов, уже ни на что не надеясь, добровольно ушел от суда и следствия, покончив с собой в тюрьме осенью тридцать седьмого...
Впоследствии Филипп Ксенофонтов, как водится, был полностью реабилитирован. Только вот, что случилось потом с журналистами Корчемником и Шептухиным неизвестно. Может быть, они прожили долго и счастливо, рассказывая потомкам о том, как хорошо было раньше. Мол, вот раньше жизнь... Но в «Волжской коммуне», за прошедшие 80 лет их заметок «замечено не было. К чести газеты, будет сказано. (Полностью этот материал читайте ЗДЕСЬ - ред.).

Составил Сергей ГОЛЫШКОВ

Новости партнеров
Новости партнеров 16+