4 февраля

1919 г.

При станции «Самара» имеются казенные квартиры для железнодорожников,  с отоплением, освещением, со всеми удобствами. Часть квартир занята комиссарами. Некоторые из них занимают по 5-ти, 6-ти комнат и со времени октябрьской революции за квартиры не платят. Не мешало бы потеснить некоторых товарищей, занимающих большие казенные квартиры.
Некоторые комиссары службы Самаро-Златоустовской жел. дороги, не удовлетворяясь продовольственным пайком по карточкам Комбедов, закупают для себя продукты самостоятельно на линии дороги и в отдельных служебных вагонах перевозят таковые в Самару, злоупотребляют властью, а своими служебными делами не занимаются. Пригород Иващенково переименован в город Троцкий, а на станции вывеска не сменяется, также не убираются на той же станции в почтовой конторе гербы царского правительства. Пора бы убрать и переименовать.

1933 г.

Работники крайконторы госбанка ожидали премий за экономию государственных денег. Было дело, правление госбанка более 14 тысяч рублей на административно-управленческом аппарате сэкономило. Впрочем, очень скучно ждать, пока кто-то догадается вознаградить тебя о заботе о советском денежном ящике. Казна-то рядом, стоит только руку протянуть, да побольше захватить. И вот уже с 1 июля 1932 года повышается на 20 процентов зарплата всех до одного служащих краевого госбанка. Правда, кредиты на это дело не открыты, но разве в госбанке вообще денег нет? Так и премирование началось. Выдается 17 тысяч рублей «юбилейной премии» работникам краевой и городской контор и 24 тысячи районным отделениям. В краевую и городскую контору принимают сверх штата 40 человек, 15 тысяч рублей отпущено за сверхурочные работы. Короче, всего по краевой и городской конторе госбанка перерасходовано 257 тысяч рублей и 135 тысяч — по районным отделениям. Партбюро крайконторы, хотело ударить по руке, залезшей в советскую казну, решило вынести выговор управляющему и его заму. Записали его даже в протокол, но объявить постеснялись. О выговоре «наказанные» узнали совершенно случайно и гораздо позже.

1936 г.

Наш город носит имя тов. Куйбышева. Сегодня, на пленуме, посвященном его памяти, хочется спросить, достаточно ли крепко мы бьемся за честь носить присвоенное нам имя?  Чем была Самара? (…) В Самаре 1913 года было 10 тысяч школьников, духовная семинария, учительский институт и ни одного вуза. А теперь мы имеем в Куйбышеве 7 вузов, 13 техникумов, 4 рабфака, 4 исследовательских института, 45 тысяч учащихся средних школ и 12 тысяч студентов.

1937 г.

После суровых морозов в крае наступило резкое потепление. 2 февраля прошел дождь. Температура поднялась до 3 градусов выше нуля. Начал таять снег.
***
3 февраля в Куйбышев прибыли лыжники — студенты Кузнецкой фельдшерской школы, успешно завершившие 225-километровый пробег. Они стартовали из Кузнецка 28 января. Их встретили врачи, собравшиеся на областное совещание. Все участники пришли к финишу здоровыми и бодрыми.

1956 г.

Вернулись из Москвы молодые куйбышевские писатели. В Доме культуры издательства «Правда», комнатах ЦК ВЛКСМ и ЦДЛ около десяти дней встречались они с видными мастерами художественного слова. Запомнилось им выступление М.А. Шолохова. Когда он появился на сцене, зал встретил его долгими горячими аплодисментами. Шолохов призывал молодых литераторов к глубокому изучению жизни, высказался против краткосрочных гастролей на места. Он говорил, что писатели, живущие в областях, стоят ближе к жизни, к ним быстрее может прийти творческая удача.

1968 г.

После того, как население размежевалось на две сферы – сферу обслуживания, и сферу обслуживаемых, – все, казалось бы, встало на свое место. Одна сфера возит, отоваривает, потчует, одевает, обувает, дает в кредит и говорит: «Пожалуйста!». Одно из столкновений сфер произошло ночью 11 января на крохотной железнодорожной станции, на которой даже неторопливый поезд Оренбург– Куйбышев стоит всего две-три минуты. Там ждали поезда четыре куйбышевских писателя. Подошел поезд – длинный, как роман. Но рядом, с писателями остановился не четвертый вагон, в который у них были билеты, а третий. Три писателя прытко ринулись к своему вагону, а четвертый не ринулся. Инвалид войны, он не обладал необходимой резвостью. А рядом – открытая дверь соседнего вагона. Но в двери стояла проводница. Она стояла на металлической площадке, которая поднимается вверх. А если не поднята, то и акробату не легко на нее забраться. Писатель не был акробатом. Он попросил:
– Откиньте, пожалуйста, площадку.
Но проводница спросила с недосягаемой высоты:
– Какой вагон?
– У меня – четвертый, но...
– Вот и беги в четвертый!
– Видите ли, я опоздаю.
– А о чем раньше думал? – полюбопытствовала вышестоящая проводница, но площадку не откинула. Тут, приметив, что поезд нервно дернулся, провожающие районные книголюбы подхватили писателя и  подняли его на должный уровень, на площадку.
– Вы чего безобразите! – отчаянно закричала проводница. – Если каждый будет хозяйничать! А ну, лезь назад! - Но, приметив, что пассажир бледнеет, смягчилась:
– Иди, иди! Наследят тут, да еще возмущаются!  Да если каждый будет требовать... Борись с такими за культуру обслуживания!
Да, надо бороться за культуру обслуживания. Но бороться не с пассажиром, клиентом, покупателем и т. д., а за него – за советского человека, который вполне заслужил самого лучшего в мире обслуживания.
И. ПОДОРОЖАНСКИЙ.

1996 г.

122 ящика водки украли из квартиры директора одного ИЧП города. Все задержаны и привлекаются к уголовной ответственности.
Составил Сергей Голышков

Новости партнеров
Новости партнеров 16+