SOVA.INFO

Драматург в уездном городе: со дня рождения Александра Островского исполнилось 198 лет

"ВК" продолжает проект "Гений и место", который посвящен выдающимся людям, связанным с Самарской губернией. Сегодня расскажем об Александре Островском, который именно здесь поверил в свои литературные силы. О роли нашего края в судьбе и творчестве драматурга писали в XX веке самарский краевед Анатолий Носков, филолог из Ульяновска Константин Селиванов и литературовед, уроженец Сызранского уезда Александр Ревякин.

Фото: архивы РАН Фото: архивы РАН

Московские гости в самарских семьях

В январе-феврале 1849 года 25-летний Александр Островский вместе со своим приятелем, будущим переводчиком и литературным критиком Евгением Эдельсоном посетил Сызрань и Самару. Островский был тогда начинающим автором. К тому времени он опубликовал два небольших драматических произведения "Несостоятельный должник" и "Картины семейного счастья", а также очерк "Записки замоскворецкого жителя", которые не сделали ему большого имени в литературе.

На тот момент Александр Николаевич имел чин коллежского регистратора и служил в канцелярии Московского коммерческого суда. В наши края он прибыл в качестве частного поверенного самарской помещицы Екатерины Хардиной, проживавшей в первопрестольной. По утверждению краеведа Анатолия Носкова, была у начинающего драматурга еще одна цель. С собой Островский захватил почти законченную рукопись пьесы "Банкрот" ("Свои люди - сочтемся"), чтобы прочитать ее людям, хорошо знакомым с купеческим бытом. Он знакомил со своей комедией разную публику, сам озвучивая все реплики, и имел успех.

Свидетельство о первом таком чтении оставила дочь одного из самарских чиновников Вера Воронина: "Все сели вокруг стола. Островский развернул рукопись, пригладил ее рукой, поправил правые уголки листиков, чтобы легче было переворачивать, рассказал о действующих лицах с небольшими комментариями и начал читать своего "Банкрота". Говорил он, как обычно, несколько в нос, но это быстро забывалось, потому что читал превосходно. Окончив первый акт, медленно поднял глаза, слегка взглянул на всех и даже без словесных похвал увидел, что совершенно покорил слушателей. Когда впоследствии он несколько раз читал у нас "Банкрота" при самой разнохарактерной публике, то всех без исключения захватывал и порабощал. Такова была сила его таланта, а также мастерского чтения".

Островского привлекала возможность познакомиться в наших краях с нравами провинциального купечества, дворянства и чиновничества. Самара в 1849 году была еще уездным городом Симбирской губернии. Образованное общество состояло в основном из чиновников и помещиков, которые съезжались на зиму в город. Островский и Эдельсон бывали в их домах. Почти ежедневно московских гостей приглашали на обеды и вечера. В некоторых самарских домах их рассматривали как потенциальных женихов. Много времени они проводили в семье Ворониных.

"Бледный, высокий, тонкий, с большим лбом и совсем прямыми белокурыми волосами. Больше молчал и казался очень застенчивым и незанимательным, хотя смотрел на нас как-то не совсем просто", - описывала Вера Воронина внешность Островского. Девушка часто аккомпанировала писателю, когда тот в гостях охотно исполнял романсы.

Дом Ворониных стоял в лучшей тогда части Самары, на северо-восточном углу улиц Казанской и Пробойной-Воскресенской (сейчас Алексея Толстого и Пионерская). Это было небольшое деревянное строение на шесть комнат с мезонином. Из окон открывался великолепный вид на Волгу. Это здание не сохранилось до наших дней, оно было разрушено в начале прошлого века.

Молодые москвичи весело проводили время в Самаре. Вот что писал Евгений Эдельсон 1 февраля 1849 года помещице Екатерине Хардиной: "Я пустился в танцы, любезности и во все тяжкие. Александру Николаевичу ко всему этому не привыкать".

Брат Веры, Николай Воронин, был одногодком Островского, имел тот же чин и тоже служил в суде. Эти обстоятельства способствовали их сближению. Провожая Островского и Эдельсона в Москву, самарец доехал с ними до первой почтовой станции в селе Рождествено, как это было принято тогда в отношении добрых знакомых.

В Самаре Островский также много общался с семьей богатых помещиков Аристарха и Дмитрия Путиловых. Они пользовались в губернии большой известностью. Оба интересовались литературой. Кстати, на стихи Дмитрия Путилова композитор Александр Алябьев написал романс "Не задумывайся, мой друг".

Еще о двух семьях, с которыми здесь познакомился Островский, упоминается в письме брата драматурга Михаила от 29 июня 1849-го. Это Обуховы и Манжосы. Впоследствии, в 1865-1867 годах, один из хороших знакомых писателя Борис Обухов стал самарским губернатором, а позже заместителем министра внутренних дел.

Поездка в Сызрань и Самару в 1849 году заняла важное место в судьбе Александра Островского. Это были первые уездные города, в которых драматург был не проездом, а прожил несколько недель, наблюдая быт провинциальных чиновников, помещиков и купцов. В ходе той поездки он проехал через десятки российских почтовых станций и населенных пунктов, общаясь в пути с разными людьми. Все эти наблюдения отразились позднее в его пьесах.
Как полагает краевед Анатолий Носков, для начинающего драматурга, каким был в это время Островский, несомненное значение имели его встречи с представителями местного купечества, наблюдения над их жизнью. Торговая провинция впервые предстала перед Островским в Самаре.

Путешествия по Волге

Островский любил волжские просторы. С детства он привык проводить все лето на берегах этой реки под Костромой, в имении отца. Волжские мотивы есть во многих его произведениях - "Козьма Захарьич Минин, Сухорук", "Воевода", "Сон на Волге", "Гроза", "На бойком месте". Нечасто вспоминают, что Островский был еще и краеведом, этнографом, фольклористом. Во всем этом он проявил себя, участвуя в 1856 году в этнографической экспедиции по Волге, организованной Русским географическим обществом. Результатом поездки стали "Дневники и письма", опубликованные в 1937-м.

Начало 1860-х годов - трудное время для драматурга. Напряженная работа, театральные дрязги, хлопоты, волнения, необустроенная личная жизнь. И отдушиной стало путешествие по Волге в 1865 году. Останавливался пароход и в Самаре. Биографы теряются в догадках, общался ли Островский здесь с кем-либо из прежних знакомых. Известно лишь только, что на пристани писателя встретил его приятель, артист московского Малого театра Александр Рассказов, гастролировавший в то время в нашем городе.

Впечатления от Самары того времени у Островского, видимо, были не очень благоприятные. "Из Самары и рады бы написать, да нечего - город большой, купеческий, жизнь благочестивая, семейная, без удовольствия, нравы жестокие, необразование полное", - отметил он в одном из своих писем.

Взаимно или нет, но Самара Островского полюбила. Спектакли по его пьесам довольно часто ставились в драмтеатре. В 1883 году по просьбе городской думы писатель подарил местной публичной библиотеке свой фотопортрет работы знаменитого петербургского автора Константина Шапиро. Под своим изображением Александр Николаевич оставил дарственную надпись.

Новости партнеров 16+